Адвокат Сергей Мирзоев

Нам уже приходилось высказываться на тему борьбы с коррупцией и коррупционерами на примере дела Артура Шматко – мэра подмосковного города Озеры. Это дело привлекло наше внимание потому, что оно показалось слишком уж грубо «сшитым»: наряду с эффектным задержанием «с поличным» и последующим арестом в деле с самого начала расследования были свидетельства о коммерческом долге между «жертвой»- предпринимателем и чиновником-«взяткополучателем». Этот долг возник из участия жены муниципального чиновника в строительстве немаленького для Озер торгового центра «Магнум». Жена чиновника, назовем ее Татьяной, рассчитывала получить 1/3 площадей вместе с другими партнерами, также вложившими деньги в строительство центра. Расклад по деньгам был такой: взнос в строительство составил 10 млн. рублей только от Татьяны. А размер площади, которую все вместе участники строительства должны были получить от предпринимателя А.Лобанова составил бы 800 кв.м.

Как мы уже рассказывали, планы у предпринимателя изменились после того как в конце 2008 года торговый центр начал работать. Вместо площадей А. Лобанов решил вернуть деньги вместе с набежавшими процентами. Татьяне после непростых переговоров с А. Лобановым, к которым подключился наш подзащитный А. Шматко, причиталось по устной договоренности 15 миллионов рублей. А вот дальше началось самое интересное. Как сообщила нам Татьяна и сам Шматко, А.Лобанов в мае 2009 года вернул большую часть долга, а возврат меньшей части обусловил помощью в получении права собственности на земельный участок, на котором стоит торговый центр. Шматко не обладал такими полномочиями и мог помочь только советом и просьбами к другим чиновникам, в компетенции которых находился земельный участок. Но он не отказался помогать, тем более, что права А.Лобанова никто не оспаривал и никто не чинил ему препятствий. Была только одна деталь, из-за которой, как видно А.Лобанов и обусловил возврат долга: на участке за год до событий был возведен постамент – «Озерский сувенир» в виде конфеты и передан в дар городу Озеры. Этот постамент и скверик вокруг него пользовались популярностью у озерчан и явно не сочетались с планами А.Лобанова, по-видимому, порождая у него какие-то сомнения. Только этим можно объяснить, почему он обусловил возврат долга «помощью» со стороны Шматко. К чести Шматко тот не стал прятаться и «помогать» Лобанову именно таким образом, а поставил вопрос о сохранении постамента перед районными властями. Сделай Шматко по-другому, он бы нарушил закон, предписывающий охранять права озерчан и неизбежно уронил бы свой авторитет в их глазах. Кстати после этого он заявил А.Лобанову, что не будет ему помогать, пока тот не вернет долг.

Вот в такой ситуации оказались действующие лица перед возбуждением уголовного дела по взятке, связанной с вымогательством. Дальше последовали передача долга, мгновенное задержание Шматко с этими же деньгами и его арест. Все последние месяцы расследование дела фиксировало свидетельства о существовании долга, но не давало им оценки. Существующий уголовный закон не в состоянии предотвратить ошибки правоохранителей и следствия, качество их работы во многом зависит от того, кто и как заявил о готовящемся преступлении, насколько законно действует автор заявления о преступлении и насколько глубоко расследуется дело.

В рассматриваемом случае следствие пошло по извечному пути – направить дело в суд, невзирая на свидетельства о долге. В основу обвинения, таким образом, кладется заявление одного-единственного свидетеля, который, кстати, не может стать потерпевшим, и в объективности показаний которого не только можно, но и должно сомневаться. Показания любого человека следствие обязано проверить и оценить объективно на основе доказательств. Доказательствами вины Шматко могут быть признаны официальное письмо Шматко о необходимости сохранения постамента и сумма денег, полученных Шматко от Лобанова якобы в виде взятки. Возможно, следствие отнесет аудиозаписи переговоров с участием Шматко к числу доказательств вины, несмотря на то, что аудиозаписи могут трактоваться по-разному, особенно если собеседники продолжают разговор, начатый недели и месяцы ранее, и их бывает трудно понять без пояснений, но легко преподнести суду явно негативную трактовку. Насколько нам известно, других доказательств нет. Не маловато ли ?

Конституцией установлено, что только суд может разобраться в том, кто и насколько виновен, но и следствие имеет законные цели – расследовать дело полно и объективно. Однако наша реальность далека от требований Конституции - не так давно Шматко было предъявлено новое обвинение, в котором фигурировала новая сумма взятки – 15 млн. рублей. То есть вся сумма долга, которую А.Лобанов обещал вернуть Шматко. Теперь и защита корректирует свое впечатление от этого дела – оно не просто грубо «сшито», а сшито очень грубо больше походит на расправу. Практика показывает, что в таких случаях остается надежда на реально справедливый суд, но за пределами России – Европейский суд по правам человека.